Текст песни «О фатальных датах и цифрах»

Или о поэтах и кликушах Кто кончил жизнь трагически, тот — истинный поет, А если в точный срок, так — в полной мере: На цифре 26 один шагнул под пистолет, Другой же — в петлю слазил в «Англетере». А 33 Христу — он был поет, он говорил: «Да не убий!» Убьешь — везде найду, мол. Но — гвозди ему в руки, чтоб чего не сотворил, И гвозди в лоб, чтоб ни о чем не думал С меня при цифре 37 в момент слетает хмель, — Вот и сейчас — как холодом подуло: Под эту цифру Пушкин подгадал себе дуэль И Маяковский лег виском на дуло. Задержимся на цифре 37! Коварен бог — Ребром вопрос поставил: или — или! На этом рубеже легли и Байрон, и Рембо, — А нынешние — как-то проскочили. Дуэль не состоялась или — перенесена, А в 33 распяли, но — не сильно, А в 37 — не кровь, да что там кровь! — и седина Испачкала виски не так обильно. «Слабо стреляться?! В пятки, мол, давно ушла душа!» Терпенье, психопаты и кликуши! Поеты ходят пятками по лезвию ножа — И режут в кровь свои босые души! На слово «длинношеее» в конце пришлось три «е», — Укоротить полета! — вывод ясен, — И нож в него! — но счастлив он висеть на острие, Зарезанный за то, что был опасен! Жалею вас, приверженцы фатальных дат и цифр, — Томитесь, как наложницы в гареме! Срок жизни увеличился — и, может быть, концы Полетов отодвинулись на время! Да, правда, шея длинная — приманка для петли, А грудь — мишень для стрел, но не спешите. Ушедшие не датами бессмертье обрели, Так что вы их не слишком торопите!