Текст песни «Родня»

Сосед — Антоныч жил пока, собой не донимал. Под солнцем место — девять метров в коммуналке. Костыль под левую с утра, в пальто — и похромал. Соседи звали за глаза: «зипун на палке». А к ночи тихо — щелк замком, Пахнёт в прихожей табаком, Вздохнет на панцирной — и в храп До самого утра. Где ногу потерял старик — бог весть. Бог весть еще какие раны есть. И воевал — не воевал, Никто вопрос не задавал. Так жил и обрастал смешно щетиной и быльем. По мелочам ко мне, бывало, обращался: — Такое дело, Александр, ссуди до пенсии рублем, Через неделю ворочу, как обещался. Он мог рублей не возвращать — Я был готов ему прощать. Он бедно жил, он много пил, И я б не то ему простил. Родных его никто не знал и не узнал бы впредь. Полсотни пенсии — вот все, что слала почта. Он до последней не дожил три дня, и вышло умереть. Соседи видели из скважины замочной. И вот на кухне у кастрюль, Где чистят лук, где парят тюль, Где только знали, что бранить, Собранье: как похоронить? Куда весь скарп его девать, куда? Кто завтра въедет проживать? (беда!) И есть ли кто-то из родни? - Вот и хоронят пусть они! Так день прошел и — вот те на! — вприпрыг и семеня, Бочком в прихожую, прикашливая скорбно, По одному, по два, по три, как с неба грянула родня, Так ненавязчиво и по-собачьи сворно. И здесь же (не из хвастовства!) Склоняли степени родства, Сыскался даже брат родной С сынком и с прежнею женой. Составлен перечень, где скарб наперечет. (А то, не дай бог, что к соседям утечет!) И по согласию сторон: Дележка — после похорон. А через день еще старик в последний слег приют, Вороны справили поминки сиплым карком. На стены новые жильцы известку с дихлофосом льют И сокрушаются: «Ах, как полы зашаркал!..» На дверь — табличка, новый шрифт, Последний стул запихан в лифт, Родным гора как будто с плеч, Острят над поводом для встреч. Машина «Мебель» у подъезда тарахтит, А женка брату: «Мебелишка-то не ахти…» Галдит-гадает детвора: — Кто переехал со двора?