Текст песни «Книжное похмелье (feat. Пава)»

Адвайта: Вся эта жизнь на листах в переплете, как незаконченный том. Сюжет безграничен, автор и есть тут главный герой. Он то о всём, то о личном кладёт и движет Пустые страницы через старый печатный станок. В начале пометка: место действия «Россия», Где девять месяцев зимы, стальное — похмельный синдром. Наш герой ненавидит её, с криками, бранью злится, Но все же любит всей душой. Он ищет тут солнце, чтоб согреть себя и близких людей. Он всё же верит, что когда-то проснётся ребёнком, Которому не придется взрослеть. Ну а пока греют мечты и есть причины смеяться, Плюс куча разных вариаций закончить финальную часть. Честный, прямой, местами безумный рассказчик, Прощаясь, заставит толпу замолчать. Я тону, но никак не достану до дна, на суше куча людей безумных. Не хочу видеть и даже слышать, чувствую ложь и обман. Я дышу книгой, в которой есть сердце. Она со мной, я назвал её «Жизнь». Пусть правда — редкая мерзость, держись. Пава: А мире волшебства навалом, дети. А вам все мало. И дурак не отзовется на «дурак» лишь бы не слушать маму. А годы скачут прям как зайки, такие милые, Такие серые, серые, суетливые. Хочу вывести с души пятно, и не одно. Твой проездной в никуда — аттестат и диплом. А помнишь нам читали в детстве сказки? Мы верили. Сегодня нам читают сказки. Мы верим. Я вижу: днем и ночью люди бегут куда-то По этим улицам, проспектам, ногам других. Я знаю: все, что их волнует — это их зарплата. У каждого второго бьется курс евро в груди. Со скольких нот угадаешь любовь? Стать ближе, умирать по дороге домой. Ты обними меня так сильно, чтоб не уехал. Ты обними меня как в фильмах, как в книгах, как следует. Адвайта: Я тону, но никак не достану до дна, на суше куча людей безумных. Не хочу видеть и даже слышать, чувствую ложь и обман. Я дышу книгой, в которой есть сердце. Она со мной, я назвал её «Жизнь». Пусть правда — редкая мерзость, держись. Я тону, но никак не достану до дна, на суше куча людей безумных. Не хочу видеть и даже слышать, чувствую ложь и обман. Я дышу книгой, в которой есть сердце. Она со мной, я назвал её «Жизнь». Пусть правда — редкая мерзость, держись.